Сто лет назад впервые было произнесено слово «геохимия». Интересно отметить несколько дат и перечислить несколько моментов из прошлого тех идей, которые получили развитие главным образом в нашей стране.
Я думаю, что это тем более необходимо сделать, что в научной работе в области естественных наук недостаточно учитывается значение исторического метода, тогда как только в свете истории можно правильно понять современные течения научной мысли и установить их тесную связь с техническим прогрессом и культурным развитием человечества.
В конце 30-х годов XIX столетия естествознание переживало период критического пересмотра старых установок. Накопленные за предыдущие годы факты и быстрое развитие производительных сил выдвигали необходимость связать между собой разрозненные, самостоятельные научные течения.
Именно в эти годы гениальная мысль Майкла Фарадея намечала связи между химией и электромагнитными явлениями, и законы электролиза открыли новые горизонты в области химической промышленности. Одновременно с Фарадеем замечательный мыслитель, действительный член Петербургской Академии наук Г. И. Гесс сформулировал законы (в 1840 г.), положившие начало термохимии.
Это были годы, когда впервые устанавливалась связь между геометрической формой и химическим составом, когда в трудах ряда исследователей подготавливалось то современное течение кристаллохимии, которое нашло первое свое выражение в напечатанной в 1855 г. работе «Изоморфизм в связи с отношением кристаллической формы в составах». Это была работа старшего учителя симферопольской гимназии Дмитрия Менделеева.
В 30-х и 40-х годах прошлого столетия Юстус Либих заложил основы агрохимии, наметил новые пути современной биогеохимии и практически организовал первые предприятия туковой промышленности. Крупное значение в эти годы имела шведская школа Берцелиуса, давшего замечательную картину закономерного состава горных пород, минералов, минеральных и морских вод и обогатившего глубокими идеями «химию земной коры», как он назвал современную ему минералогию.
Слово «геохимия» было произнесено впервые в 1838 г., повторено в 1840 и обосновано в 1842 г. Оно сказано было швейцарским химиком Христианом Фридрихом Шёнбейном, роль которого в истории химии стала уясняться только в последние годы.
Шёнбейн был одним из крупнейших натуралистов начала XIX в. По своей работе он был тесно связан с молодым Либихом и Берцелиусом, к которому он посылал своих учеников, а также и с Фарадеем, поддержавшим и вдохновлявшим Шёнбейна в его исканиях. Шёнбейну принадлежит открытие газа, образующегося при действии электрических машин. Запах этого газа, хорошо нам всем известный, определил его название — озон (пахнущий). Ему же принадлежит открытие взрывчатых веществ, получаемых при действии азотной кислоты.
Но мы знаем из истории науки, что каждый новый успех и новое понятие создается и вырабатывается долгой работой многих поколений. Так было и с геохимией. Истоки геохимической науки мы должны искать в те далекие времена, когда зарождалось естествознание, возникая одновременно и из потребности овладеть материальными благами мира и из философских исканий пытливых умов. Успехи горного дела и техники порождали интерес к науке.
Мы находим проблески геохимической мысли, разбросанные в том описательном естествознании, которое дано нам в первых сводках минералов Земли у Теофраста и Плиния.
Мы находим отдельные черты геохимических представлений в тот период, когда алхимики-врачи в своих исканиях накапливали огромный материал по химическому познанию земель, солей и металлов. Еще больше разбросано геохимических идей в тех философских, космогонических представлениях, которые принес нам Восток, а позднее учения Демокрита, Аристотеля и Тита Лукреция. Но особенно интересны для нас течения научной мысли, связанные с горным делом в Средней Азии, Иране и Аравии, а позднее и в Испании. В трактатах арабских исследователей мы находим зачатки тех практических и теоретических законов геохимии, которые говорят о совместном нахождении отдельных металлов.
Автор: Андрей Красильников
Источник: http://parfum.blogoflove.ru/catalog/Scannon
