ВОЕННАЯ АДМИНИСТРАЦИЯ
      К моменту начала Великой Северной войны военная администрация царя Петра была минимальной. Государя сопровождала лишь Ближняя походная канцелярия, через посредство которой велось управление и армией, и государством. Помимо собственно военного штаба, Канцелярия включала комиссариат и квартирмейстерскую службу, которые заведовали набором рекрутов (набором на местах занимались генерал-губернаторы).
      Эта местная военная администрация была учреждена в 1709 году, когда территория государства была разделена на восемь военных регионов - губерний. Каждую из губерний возглавлял генерал-губернатор, облеченный военной и гражданской властью. Каждая губерния обязана была формировать и содержать определенное количество полков, дислоцировавшихся в ее пределах. Эта система, за образец которой было принято военное устройство национальной шведской армии, давала возможность царю уделять больше внимания управлению государством в целом.
      В 1711 году Петр учредил Сенат, который занимался военными вопросами и установлением налогов. В том же году восемь губерний (Московская, Санкт-Петербургская, Киевская, Смоленская, Архангелогородская, Казанская, Азовская и Сибирская) были реформированы по шведскому образцу. Эти губернии были разделены на провинции, во главе которых стояли воеводы, осуществлявшие местную административную власть. В обязанности воевод входило отправление военных и финансовых обязанностей, в том числе набора рекрутов, сбора налогов и снабжения армии провизией.
      Уже в ближайшие несколько лет эта система стала проявлять признаки коллапса - коррупция и взяточничество истощали поток средств, людей и материалов, которые должны были направляться в Санкт-Петербург. К 1719 году эта администрация по большей части перешла под контроль представителей армии, и территория государства была переделена на полковые округа. Во многих случаях посланные царем офицеры и генералы не помогали воеводам, а смещали их. К 1725 году поставки провизии и сбор налогов целиком перешел в руки армии; она также проводила набор рекрутов и поддерживала закон и порядок. Положения военных уставов начали применяться ко всему населению. По сути, к моменту смерти Петра страна уже перешла под контроль армии.
      Незадолго до конца войны царь установил коллегиальную систему управления, опять-таки по образцу шведской. Эта система устранила прежние Приказы, осуществлявшие до того управление на высшим военном уровне. С 1719 года Военная Коллегия осуществляла управление всей армией. В состав Военной Коллегии входили Президент (или военный министр), несколько советников и асессоров (консультантов), чины администрации и казначей. В целом система подчинялась Указам царя, которые были составной частью Устава 1716 года. Возможности для коррупции были значительно сокращены путем образования комитетов и корпуса независимых асессоров.
      Результатом всех этих реформ было образование системы военной администрации, которая безоговорочно признавалась лучшей в Европе. Привлечение представителей армии на все уровни фискальной и административной лестниц давало гарантию того, что государство Российское будет постоянно заботиться о своей армии.

      ВОЕННЫЙ КОМИССАРИАТ
      Несмотря на то, что первая армия Петра получала лишь небольшие поставки продовольствия административным путем, в ней все-таки имелся небольшой комиссариат. Он состоял из Генерального комиссара, Верховного комиссара, комиссара по финансам и аудитора. Военный Устав 1716 года реорганизовал эту систему: все функции перешли в ведение Генерального военного комиссара, который распоряжался выплатами денег на жалование и провизию и управлял военными казначеями. Под его началом имелось два Верховных комиссара - один для пехотных, другой для драгунских частей. Каждому крупному соединению, начиная с дивизионного уровня, также придавался Верховный военный комиссар.
      Военный Устав определял нормы продовольственного снабжения армии, которые отпускались из провинций. Каждому солдату полагалось в год по три четверти муки (1 четверть равна 209,9 литра), полторы четверти овса, 24 фунта соли и по 75 копеек на мясо. На прокорм лошадей полагалось выдавать каждые полгода по 6 четвертей овса и 90 фунтов сена. На походе помимо "порционов", выдачу которых обеспечивали лишь в границах провинций, полагались еще и "рационы" - 2 фунта хлеба, фунт мяса, две чарки вина и гарнец (3,3 литра) пива, а также двух фунтов соли в месяц. При постое в провинции "порционы" зачастую выдавали деньгами. Офицеры получали определенное количество "порционов" и "рационов" в соответствии со званием (например, капитану полагалось 15 порционов и 3 рациона, а полковнику - 56 порционов и 17 рационов). Выплата жалования велась через Комиссариат; из жалования вычиталась стоимость провизии. Эти вычеты составляли примерно половину денежного содержания рядовых и унтер-офицеров.
      Стоимость пропитания солдата составляла в среднем 5 рублей в год. Эта сумма вычиталась из жалования. Помимо этого, из остатка вычиталась стоимость выдаваемого казной обмундирования (для каждой вещи имелся установленный срок службы, и вычитаемая из солдатского жалования сумма делилась на соответствующие доли по годам). Обмундирование было очень дешевым, но весьма неудобным и зачастую плохого качества.
      Одеяние гарнизонного солдата стоило еще меньше. В балтийских провинциях обмундирование солдата гарнизонной службы обходилось в 2 рубля 11 копеек, а в других гарнизонах - в 1 рубль 83 копейки; для гарнизонных драгун эта сумма равнялась 2 рублям и 77 копейкам.
      В 1720 году содержание армии обошлось казне примерно в четыре миллиона рублей, из них 1243000 рублей было потрачено на провизию и обмундирование. Таким образом, в этот период стоимость содержания армии почти удвоилась по сравнению с 1711 годом. Это объясняется как ростом численности вооруженных сил, так и подорожанием обмундирования и снаряжения. В целом, однако, обмундирование и снаряжение солдат петровской армии были значительно дешевле по сравнению с армиями других европейских держав. Это позволяло России возмещать военные потери без чрезмерного напряжения сил.
      Следует, однако, иметь в виду, что поставки обмундирования и снаряжения были далеки от регулярности, а качество зачастую очень низким. В 1705 году английский посол Витворт сообщал, что "два полка Гвардии и Ингерманландский полк вооружены и обмундированы хорошо, однако в большей части остальных полков мундиров и ружей едва достает".